Робертс&
Trip Start
Nov 23, 2010
1
74
211
Trip End
Jun 28, 2011
Robertsport, Liberia
Sunday, January 30, 2011
Спал часов до восьми и даже, когда проснулся не торопился высовываться. Снаружи гудел улей детских голосов. Высунув голову из палатки я обнаружил группу ребятни, окружившую машину и другую группу, наблюдающих из-за забора. В ожидании цирка начались подтягиваться взрослые. В целях поддержания отношений с деревенским сообществом я показал палатку и кое-что рассказал. После небольшой фотосессии, мужик в голубом сказал, что ему пора идти и попросил деньги за ночлег. Мда..... Только глаза продрал. На мой вопрос, является ли он хозяином дома, ответ был утвердительный. Требования разнилась от 100 либерийских долларов до 200 американских. Понятно, что я сказал NIVER. Я не помнил как выглядел хозяин накануне (т.к. было темно), не помнил его голос, но тон разговора показывал мне, что это не вчерашний лапка-хозяин. Спросил мужика в голубом о его возрасте – 55 лет. Еще один Остап, продающий билеты в пещеру. Я предложил дождаться настоящего хозяина и вопросы об оплате отпали. На протяжении часа я был полностью окружен детворой и ни о каком завтраке или чем-то другом речи идти не могло. Хозяин появился часов в 10 и я снова попал в заботливые руки. Он показал мне свое хозяйство и рассказал про достижения и проблемы. Чувствуется, что его менталитет сильно отличается от остальный деревенских. Вопрос о деньгах не поднимался, и когда перед выездом, я поднял вопрос, он ответил «не сейчас», и пожелал счасливого пути. Я решил сегодня добраться до Робертспорта – местного туристического местечко, про которое путеводитель Одинокая планета говорила, что если есть только одно место посетить в Либерии, то это должен быть Робертспорт. Дорога заняла по часу в каждом направлении. Я израсходовал первую канистру НЗ (заправленной еще в Западной Сахаре). Горючее было близко в нулю, а ожидаемой заправки я не нашел. То что я видел, доверия не вызывало. Городок оказался так себе, пейзажи ничего, но на «Вау» не тянуло. Я себя, очевидно, обезводил, поскольку чувствовал себя хреново и в процессе перелива дизеля из канистры, готов был упасть на дорогу и просить пристрелить меня всякого, кто проехал бы мимо. К сожалению, никто мимо не проехал. Я чувствовал себя отвратно как последний земляной червь. Надо где-то упасть на пару дней и отдохнуть, постираться, привести себя и машину в порядок. Остановившись у одного из двух гест-хаусов я проверил комнаты и ванны, я понял что не потяну 40 долларов за ночь. На мое предложение 20 долларов за одну ночь, спросили сколько ночей – всего одну и последовал отказ. Ладно, не очень то и хотелось. Чувстовалось, что плохому состоянию помогал тот факт, что последний раз я ел (если это назвать ел) завтрак накануне – т.е. я был без еды более суток. Поэтому на обратном пути я съехал с дороги, поставил плитку и сварил вермишель быстрого приготовления из Гамбии, котору срубал с сухарями из Гвинеи Биссау, помазанные горчицей из Эстонии. Ел стоя, чтобы в случае появления аборигенов была возможность быстро смотать удочки. Обед, обильное потребление воды и небольшой отдых благоприятно подействовал на мое состояние и в деревню я приехал в повышенном настроении. Детям я привез сладости, часть которых (бон бон на палочках) я съел сам по дороги, поняв, что сладостей я не ел как африканское дитя уже с месяц. Хозяин предложил, что его сын постирает мое белье и скоро он уже трудился тря мои многостродальные футболки и бруки об стриральную доску. Да, они так могут и не выжить. Весь вечер прообщались с хозяином на тему экономики, политики, истории и других важных и неважных Во время войны ему чуть не перерезали горло. Мое скромные подношение сыну за стирку и хозяину за гостиприимство было высоко оценено. Наши отношения однозначно складывались очень хорошо. Познакомился с пакистанским исламским миссионером, который жил в деревне уже полтора года и этим вечером по инструкции глобальной исламисткой организацией собирался перебраться в одну из соседних деревень. Очень открытый и приятный мужик. Уже проработал 8 лет в Гане, полтора года в Гвинеи Биссау и готов по зову штаб-квартиры в Лондоне перебраться куда угодно, поскольку посвятил свою жизнь исламу. Между командировками возвращается в Пакистан на количество месяцев, равное количеству лет миссионерства – т.е. после 8 лет в Гане у него было 8 месяцев в Пакистане. Младший сын хозяина перебирался в качестве воспитаника на год-полтора вместе с семьей миссионера. Тем временем народ что-то бурно обсуждал на другой стороне дороги. Оказалось, что на подростка в соседней деревне напал взрослый с ножом и теперь там шел своего рода самосуд. Надо спросить хозяина завтра чем все закончилось. Поскольку белье не высохло, план на следующий день выехать в Монровии и прогулятся там, а вечером вернуться сюда же. Ночевка в Монровии обойдется долларов в 100, что для меня сейчас неподъемно. На этом отправился спать.
